TOP-100 за месяцСделать домашнейДобавить в избранное

                     

Новокузнецк

 

 

Общество

 
 

Происшествия

 
 

Культура

 
 

Наука и образование

 
 

Власть и городское хозяйство

 
 

Экономика и промышленность

 
 

Спорт

 
 

Другие новости

 

 

В России

 
 

В Мире

 
 

Общество

 
 

Шоу бизнес

 
 

Ночная жизнь

 
 

Интернет и компьютерная техника

 
 

Игры и програмное обеспечение

 
 

Авто и мото

 
 

Военная техника

 
 

Наука и техника

 
 

Образование

 
 

Происшествия

 
 

Культура

 
 

Политика

 
 

Экономика

 
 

Спорт

 
 

Медицина и экология

 
 

Прочее

 

 

Репортаж. Комментарий

 
 

Разное и интересное

 
 

Архив

 

 

Служба новостей РЦТК

 
 

Все новости

 
 

Форум

 
 


               02.08.2006 16:06 Новокузнецк: Разное и интересное

 

ШЕДЕВРЫ РОССИЙСКОГО КАМНЕРЕЗНОГО ИСКУССТВА

 


XVIII и XIX столетия - время, когда Россия поражала Европу мастерством своих камнерезов.

Особенно удавались русским мастерам крупные, монументальные, монолитные формы: покрытые каменной мозаикой колонны, огромные декоративные, украшенные причудливой резьбой каменные чаши и вазы. Славились наши мастера и малыми формами резьбы по камню. Великолепные камеи, созданные в России в начале XIX века, многие знатоки считали вершиной камнерезного искусства.

Самой сильной стороной в российской традиции работы с камнем была, пожалуй, связь ремесла с высокопрофессиональной художественной и архитектурной школой, связь архитекторов-художников с камнеобработчиками. С одной стороны - имена Воронихина, Кваренги, Росси, Гальберга, Мельникова, Тона, Парланда. Их факсимиле стоят на чертежах, посылавшихся за тысячи верст от столицы, на гранильные фабрики Урала и Сибири. С другой - Бахорев, Ваганов, Патрушев, отец и сын Коковины, Штейнфельд, Лютин, Налимов, Петровский, Татауров - наши выдающиеся камнерезы. Некоторые из этих имен выбиты на донцах и плинтах особо прекрасных ваз и чаш.

Сегодня мы расскажем об истории создания нескольких шедевров русского камнерезного искусства.


Резная чаша с крышкой

Это первое уральское резное изделие из твердейшего камня - из калканской яшмы. Изумительного серо-зеленого цвета яшму, из которой вырезана чаша, добывают на Южном Урале, в живописных окрестностях озера Калкан. Яшма всегда была любимым материалом у русских камнерезов, а избранной среди разнообразных видов этого камня - именно калканская яшма.

Чаша задумана и сделана при активном участии известного архитектора А. Н. Воронихина, по рисункам его школы. Камнерезные работы выполнили екатеринбургские мастера под наблюдением В. Е. Коковина-отца и Н. А. Штейнфельда.

Проекты резных ваз из яшмы были присланы на Екатеринбургскую гранильную фабрику из канцелярии графа А. С. Строганова, тогдашнего президента Академии художеств, в декабре 1803 года. То были рисунки пяти парных ваз.

Предписание Строганова - главного начальника "по самоцветам" - ориентировало мастеров фабрики на то, что отныне, и, видимо, на долгое время, основным видом работ будет сложная узорная резьба. Это было принципиально новое направление в художественной обработке камня, в использовании его возможностей. Оно очень скоро получило широкое признание в мире и принесло славу российским мастерам.

Чаша с виноградной лозой

Почти 30 лет уральские мастера-камнерезы, сменяя один другого, работали, создавая эту вазу. Огромная, в пять с половиной футов (1,67 метра) высотой, чаша украшена сложной резьбой: ее ножка обвита тонкой виноградной лозой с ажурными листьями, с гроздьями ягод. И все вырублено, выточено, вырезано из единого куска калканской яшмы.

Оригинальный проект этой чаши, утвержденный Кабинетом императора Александра I, и распоряжение начать работу были получены в Екатеринбурге в январе 1823 года.

Почти три года шли поиски камня. Никак не удавалось найти монолит нужной величины. Пришлось даже провести и утвердить корректировку проекта. Несколько уменьшили высоту чаши, ее форма стала строже, ножка тоньше, вместо задуманного ранее пышного пьедестала решено было сделать прямоугольное основание.

В октябре 1828 года начали работу с камнем. Первая стадия черновой обработки внешней поверхности чаши заняла 139 двенадцатичасовых рабочих смен! Затем пошла череда остановок. Сперва срочно пришлось реконструировать приводной механизм. Только в конце 1830 года приступили к распиловке, грубой обточке камня для ножки и пьедестала, к выемке внутренности чаши. Три года двое мастеровых изо дня в день вели черновую обточку, наблюдая за монотонной работой шкивов. Потом опять дело остановилось - строили новый фабричный корпус. Возобновили обработку чаши в январе 1838 года - начали "обточку ножки на круглом ходу". Спустя четыре месяца - новая остановка...

Лишь с октября 1841 года работа над чашей наконец-то вошла в полную силу. Еще через семь лет можно было уже подводить итоги: в мире каменных вещей родился новый шедевр.

В августе 1848 года Екатеринбург посетил военный инженер генерал-лейтенант И. Ф. Бларамберг, широко известный в России картограф и геодезист. В своих записках он уделил несколько строк чаше: "Я осмотрел огромные мастерские, яшмовые, порфирные и другие гранильни, где изготовлялись колоссальные вазы. Среди них была ваза из яшмы, увитая виноградной лозой с ягодами... Ваза предназначалась для одного из царских дворцов". И. И. Вейц, тогдашний директор Екатеринбургской гранильной фабрики, писал, что "нигде подобного изделия изготовлено не было как по красоте и величине камня, так и искусству и редкому старанию художников". К 1851 году работа над чашей окончательно завершена, и ее отправили в Петербург. Там, в Эрмитаже, чаша с виноградной лозой заняла достойное место среди самоцветных сокровищ России. А еще через шестнадцать лет ее демонстрировали на Всемирной выставке в Париже. Работа екатеринбуржцев получила там самые высокие оценки.

К сожалению, до сих пор идут споры о том, кто же был автором проекта этого уникального произведения. Это мог быть К. И. Росси, мог быть И. И. Гальберг или кто-то еще из столь же больших, прославленных архитекторов -художников. Авторы этой статьи, проведя внимательное сравнение первоначального чертежа 1823 года, двух сохранившихся фабричных копий авторского чертежа 1828 года с проектами ваз Гальберга, выполненными примерно в то же время, считают, что идея проекта принадлежит именно этому художнику первой половины XIX века. Он был родным братом С. И. Гальберга - приятеля Пушкина. Того скульптора, который потом сделал посмертную маску поэта.

О руководителях и исполнителях камнерезных работ известно больше. Сохранились архивные документы, в которых сказано, что до 1835 года работа велась под контролем Я. В. Коковина-сына, талантливого мастера и умелого организатора камнерезного производства, открывшего на Урале первые в России месторождения изумрудов и корунда (наждака), без которого и по сей день не может обойтись ни одно камне- и металлообрабатывающее предприятие. Ему помогал В. Н. Пыкин, старейший мастер, когда-то успешно закончивший класс резного художества гранильной фабрики и отдавший самоцветам сорок лет жизни. В 1836 году его сменил Г. Ф. Налимов, тоже блестяще владевший резным искусством.



Озеро Колывань на Алтае, в его окрестностях был добыт яшмовый монолит для "Царицы ваз". Гравюра начала XIX века.

"Царица ваз"

Свое имя - "Царица ваз" эта чаша получила, бесспорно, не зря. Вот уже полтора столетия ее называют лучшим произведением алтайских мастеров, выдающимся достижением камнерезного искусства XIX века. Чаша сделана по рисунку архитектора А. И. Мельникова шлифовальщиками и отдельщиками Колыванской шлифовальной фабрики, или, как именовали ее в то время, "фабрики колоссальных вещей". Назовем их имена - эти люди достойны того, чтобы о них помнили: Т. Н. Воротников, Ф. Ф. Есаулов, Я. Ф. Есаулов, П. И. Зудов, М. Я. Мурзинцев, Д. А. Осколков. Наблюдали мастера И. С. Колычев, М. С. Лаулин, И. М. Ивачев, И. М. Коновалов.

В мире нет другой такой огромной чаши из столь твердого камня. Ни Древний Египет, ни античная Греция, ни императорский Рим не создали ничего подобного, хотя искусство камнеобработки насчитывает тысячи и тысячи лет.

Создавалась "Царица" на "фабрике колоссальных вещей" - уникальной и, несомненно, тогда единственной не только в России, но и в Европе специализированной мастерской по обработке крупных яшмовых вещей.

В начале XIX века на каменоломнях Колыванской фабрики научились добывать "штуки" твердого камня, пригодные для вытачивания ваз и чаш диаметром в полтора, два, три метра. О каждой такой находке с гордостью сообщалось в столицу. На Урале столь крупных монолитов яшм не находили.

В 1815 году на ревневской каменоломне удалось расчистить из-под "верховой наносной земли" целый утес зелено-волнистой яшмы, от которого стали отделять камни, пригодные для того, чтобы из них сделать большие чаши.

Картину добычи камня на каменоломне рисует знаток алтайского камнерезного дела Н. Я. Савельев: "Ревневская яшма добывалась методом замораживания воды в шпурах: летом сверлили ручными бурами шпуры (отверстия), располагая их возможно чаще и с таким расчетом, чтобы нависшая каменная глыба своей тяжестью оторвалась от скалы, как только образуется глубокая щель, соединяющая все отверстия. Зимой отверстия заливали водою, которая, превращаясь в лед, создавала трещину между шпурами. Лед выскребали, а щель и шпуры снова заливали водой. Эта операция длилась до тех пор, пока камень не отваливался. Отвалившийся камень поднимали канатами и лебедками, копровыми подъемниками по настилам из бревен, чтобы осмотреть, нет ли опасных трещин. Затем камень опускали на подготовленную площадку и удаляли лишние выступы. Теперь камень зарисовыва ли, точнее, вычерчивали со всех сторон точно по масштабу. После этого начиналась обсечка. Огромный деревянный шаблон прикидывали к камню, вращая его по дугам. При изготовлении круглой чаши пользовались одним шаблоном, но чаша-эллипс требовала целую серию шаблонов, и потому, окруженный ими, словно в лесах, камень напоминал стройку дома".

В 1819 году И. С. Колычев обнаружил в каменоломне монолитный участок длиной почти в 11 метров. При помощи больших ломов и воротов камнеломщики, возглавляемые Колычевым, отделили от стены монолит длиной 8,5 метра. Осмотрев его, обнаружили сквозную трещину, которая делила монолит на две неравные части. Пригодной в работу была признана большая часть, имеющая длину 5,6 метра.

Управляющий фабрикой М. С. Лаулин представил Кабинету Александра I чертежи и модель монолита. Доложил, что обработанный камень, от которого отделены трещиноватые части, вполне пригоден для изготовления особо крупной "эллиптической чаши".

И очень скоро Кабинет известил Лаулина о размерах, в которых хотел бы видеть новое изделие, а 21 ноября 1820 года прислал рисунок и предписание приступить к работе над огромной эллипсовидной чашей. Колыванцы запросили более детальные чертежи. Им была прислана гипсовая модель чаши.

В феврале 1828 года, как свидетельствует документ, "к настоящему делу чаши приступлено было".

Сначала работы шли в каменоломне. 230 человек под началом Колычева вытащили камень и с помощью воротов и бревенчатых лежней подтащили его к камнетесному сараю, подняли от земли на метровую высоту, утвердив на стойках. Около сотни камнетесов разом со всех сторон начали обрабатывать его долотами. Спустя два года камень уложили на особо устроенные деревянные дровни и вручную, с помощью воротов и бурлацких лямок, потащили в Колывань на шлифовальную фабрику. 567 человек впряглись в канаты и за восемь дней передвинули глыбу на 30 верст - расстояние, отделявшее каменоломню от фабрики.

Там рабочие приступили к обтеске верхней части (так называемого полотенца) чаши. На это ушел год. В 1832 году началось "вынятие внутренности чаши долотною работою" - кропотливейший, однообразный труд... Обтесывали, шлифовали, полировали. Практически все вручную. С предельной осторожностью, конечно, тоже вручную, долотами бригада резчиков - 42 человека - вела резьбу орнамента. И только в 1842 году все работы подошли к концу.
"Орнамент проглажен, выровнен и в приличных местах отполирован". Но потом еще почти год девять мастеровых подправляли полировку.

Одновременно с этим шли поиски камня для пьедестала. Не раз и не два находили, казалось бы, нужный монолит. Однако, как только брались за его обработку, в камне обнаруживались внутренние пороки. Наконец к 1842 году пьедестал тоже был готов. В центре его просверлили отверстие для установки пирона - стального стержня, на который предстояло монтировать ножку чаши.

В общей сложности почти четверть века прошло от того времени, когда была найдена грандиозная яшмовая глыба, до дня, когда из Колывани сообщили о готовности отправить гигантскую вазу в столицу. Ее высота - 2,5 метра, большой диаметр - 5, малый - более 3 метров.

19 февраля 1843 года караван из 154 лошадей, впряженных в особо приспособленные сани (вроде "вагонов", как писалось в отчетах), повез чашу весом 660 пудов из Колывани к Барнаулу. Оттуда путь лежал к Уткинской пристани, что на уральской реке Чусовой. Возглавлял караван И. М. Ивачев. Через шесть месяцев "Царица" была доставлена в Санкт-Петербург. "Вещи таковой тяжести и величины, - писал впоследствии горный начальник Колывано-Воскресенских заводов Бегер, - до ныне отправляемо еще не было, потому и требовалось в пути особенно сметливое управление и неусыпная бдительность, чтобы при перегрузках чаши и в особенности следования ее сухим путем, упреждать все случаи, могущия повредить вещь, из каменных изделий столь редкую и драгоценную, и потому обязанность в сем случае господина Ивачева была ответственна и продолжительна".

В Петербурге "Царицу ваз", похоже, мало кто ждал. Баржа с ней долго стояла на Фонтанке у Аничкова моста. Затем деревянные ящики с чашей и пьедесталом выгрузили на набережную Невы против Эрмитажа. Поместить "Царицу" в парадном втором этаже Зимнего дворца, где были собраны выдающиеся произведе ния русских камнерезных фабрик, не представлялось возможным из-за ее веса и габаритов. О другом помещении заранее не подумали.

Только в 1845 году "Царице" отвели так называемый проезд недавно выстроенного здания Нового Эрмитажа. Там еще в течение четырех лет сооружали для нее особый автономный фундамент. Осенью 1849 года 770 рабочих подняли и поставили чашу на место. Однако вскоре проезд был перегорожен стенами, и колыванская "Царица" оказалась в вечном плену слишком тесного для нее зала...

Ваза с маскаронами (масками)

Эту вазу из калканской яшмы на Екатеринбургской гранильной фабрике называют своим добрым гением. Потому что именно ей фабрика обязана своим существованием после реформы 1861 года. То было трудное время в истории фабрики. Ей грозило закрытие. Только работа над императорским заказом затягивала ликвидацию и распродажу предприятия.

Автор проекта вазы с маскаронами, над которой шла работа, неизвестен. Делалась ваза по распоряжению Кабинета Александра II под наблюдением А. И. Лютина. Царский Кабинет, видимо, высоко оценивая проект, внимательно следил за тем, что и как происходит на гранильной фабрике в Екатеринбурге. От директора требовали "тщательно соблюдать заданные пропорции, в особенности озаботиться, чтобы фигуры, заменяющие ручки, были тщательно и художественно исполнены; орнаменты должны быть шлифованы по полировальному кругу".

Успех превзошел все ожидания. Главные исполнители резьбы на вазе Всеволод Калугин и Евграф Чесноков указом царя были награждены медалями "За усердие": Калугин - золотой, а Чесноков - серебряной. Это был первый случай, когда камнерезы удостоились государственных наград.



Перевозка яшмового монолита из каменоломни на Колыванскую шлифовальную фабрику. Рисунок неизвестного автора. XIX век.

ДИВНОЕ ЧУДО ИЗ КАМНЯ

Если будете в "Эрмитаже", непременно найдите в его залах эти великолепные резные чаши и вазы из яшмы. Остановитесь, полюбуйтесь ими. И вы словно почувствуете, как исходит от камня тепло рук наших далеких предков - уральских, колыванских, мастеров.



Резная чаша с крышкой. Сделана екатеринбургскими мастерами по рисункам школы архитектора А. Н. Воронихина. 1803-1810 годы.



Чаша с виноградной лозой. Украшена необычайно тонкой и сложной резьбой. Работа над этой вазой шла около 30 лет. 1822-1851 годы.



"Царица ваз". В мире нет другой такой огромной чаши из столь твердого камня. Работа алтайских мастеров. 1824-1843 годы.



Ваза с маскаронами (масками). По преданию, она спасла Екатеринбургскую гранильную фабрику от закрытия.



Детали вазы с маскаронами: фигуры, которые служат ручками вазы; часть орнамента из виноградных листьев и гроздьев ягод.







Источник: http://nauka.relis.ru

 



В рамках
ИРП "Хутор"
 
 

© ЗАО «РЦТК»

 
 При полном или частичном использовании материалов активная ссылка на «NEWS.HUTOR.RU» обязательна.
Есть вопросы? т.335003, novosti.n@rdtc.ru.